January 22nd, 2012

Галера, galea, galera, galley

Читая Василия Розанова

Uno, duo, tre.


Каждый день, просыпаясь въ пятомъ часу утра въ Неаполѣ , я слышу уторопленный, скорый, заботливый шагъ ногъ. Онъ предшествуетъ самымъ раннимъ крикамъ улицы, разносчикамъ, скрипу телѣгъ, везущихъ овощи на базаръ. Я не знаю, пять ли часовъ утра, потому что не хочется дотянуться до часовъ и зажечь спичку; но я вижу, что утро чуть брезжитъ, что еще не разсвѣло, а только разсвѣтаетъ. Это—солдаты идутъ на ученье.

Шагъ итальянскихъ солдатъ совершенно другой, чѣмъ русскихъ. Русская рота не идетъ, а движется. Шагъ ужасно тяжелъ, т. е. нога чрезвычайно твердо поставлена на землю (какъ въ Римѣ у католическихъ монаховъ). Лица у нашихъ солдатъ серьезныя, отвѣтственныя. Присяга его подавила, но и черезъ присягу онъ выросъ. Русскій солдатъ весь—клятва, вѣрность; чему вѣрность—смутно, но и тѣмъ болѣе это страшно, задумчиво, отвѣтственно. «Чему вѣрность — это знаютъ командиры; моя вѣрность—это вѣрность командѣ ». Русскій солдатъ есть будущій побѣдитель міра, да это такъ прямо н написано на его роковомъ лицѣ . Онъ и папу арестуетъ, и американца смятетъ, и соціалиста укротитъ. За спиной такого «Аники-воина» (есть изображеніе на иконахъ какого-то дѣвственнаго и цѣломудреннаго воина-святого) «отцамъ-командирамъ» дѣйствительно остается только подумать о чемъ-нибудь всемірномь. «Вы, ваше благородіе, подумайте, а ужъ я выполню».
Collapse )