galea_galley (galea_galley) wrote,
galea_galley
galea_galley

Categories:

Военный флот Мальтийского ордена

Генерал галер Леон Строцци

В предыдущем рассказе мы обещали дать жизнеописание первого официально назначенного Генерала галер Мальтийского ордена Леона Строцци.

Гравюра Moutier из книги Famiglie celebri in Italia - Strozzi. Mailand,1839

 

Если быть более точным, то Леон Строцци был также и генералом галер Франции. Во французской Военно-морской академии в Бресте (Ecole Navale) висит мраморная доска с именами рыцарей Мальтийского ордена, которые занимали высшие посты в морском командовании Франции.


 

 

Текст на ней гласит:

«В память о всех рыцарях суверенного военного ордена госпитальеров св. Иоанна Иерусалимского, Родосского и Мальтийского, которые служили в рядах французского флота, и в частности

Прежан де Биду 1468-1528
Шевалье де Вильганон 1510-1571
Леон Строцци  1515 -1554
Филипп де Пуанси 1584-1660
Шевалье Поль 1597-1667
Франсуа де Нашез 1600-1667
Шевалье де Вальбель 1627-1681
Маркиз де Несмон 1640-1702
Маршал де Турвиль 1642-1701
Ролан де ля Галиссоньер 1648-1737
Граф де Грасс 1722-1788
Байли де Сюффран де Сен-Тропе 1729-1788»

Доска, как ясно из надписи внизу, установлена французской ассоциацией членов Мальтийского ордена, неследницы трех лангов – Прованса, Оверни и Франции,  в 1966 году.

            О Прежане де Биду, возглавляющем список, мы уже рассказывали. Сегодня начнем рассказ о Леоне Строцци.

Леон (по-итальянски Леоне) Строцци, сын знаменитого флорентинца Филиппо (Филиппе) Строцци, родился во Флоренции в 1515 году. Отец Леона был одним из основных деятелей и руководителей Флорентийской республики.


 

Филиппо Джамбатиста Строцци (Strozzi, 1488-1538)  вел продолжительную борьбу против тирании семейства Медичи. В 1527 г. он принял участие во флорентийской революции против них, но в 1530 г., по настоянию папы Климента VII, помог Алессандро Медичи захватить власть и стать герцогом Флорентийским. Осознав, что этим он способствовал усилению тирании, Ф.Строцци вскоре снова возобновил борьбу против деспотизма. Можно, конечно, этим рассказом о жизни Ф.Строцци и ограничиться, но имя и судьба Ф. Строцци так часто использовались в литературе, в том числе и нашей отечественной, что позвольте сказать еще несколько слов. Иван Сергеевич Тургенев в 1847 году написал поэму «Филиппо Стродзи», которая по цензурным соображениям не публиковалась до 1884 года. Поэма эта не так широко известна, поэтому (простите за копипаст) приведу ее полностью.

 

                                   Филиппо Стродзи

                    В отчизне Данта, древней, знаменитой,                 
                    В тот самый век, когда монах немецкий
                    Противу папы смело восставал,
                    Жил честный гражданин, Филиппо Стродзи.
                    Он был богат и знатен; торговал
                    Со всей Европой, заседал в судах
                    И вел за дело правое войну
                    С соседями: не раз ему вверяла
                    Свою судьбу тосканская столица.
                    И был он справедлив, и прост, и кроток;
                    Не соблазнял, но покорял умом
                    Противников... и зависти враждебной,
                    Тревожной злобы, низкого коварства
                    Не ведал прямодушный человек.
                    В нем древний римлянин воскрес; во всех
                    Его делах, и в поступи, во взорах,
                    В обдуманной медлительности речи
                    Дышало благородное сознанье -
                    Сознанье государственного мужа.
                    Не позволял он называть себя
                    Почетными названьями; льстецам
                    Он говорил: "Меня зовут Филиппом,
                    Я сын купца". Любовью беспредельной
                    Любил он родину, любил свободу,
                    И, верный строгой мудрости Зенона,
                    Ни смерти не боялся, ни безумно
                    Не радовался жизни, но бесчестно,
                    Но в рабстве жить не мог и не хотел.
                    И вот, когда семейство Медичисов,
                    Людей честолюбивых, пышных, умных,
                    Уже давно любимое народом
                    (Со времени великого Козьмы),
                    Достигло власти, наконец; когда
                    Сам император - Пятый Карл - родную
                    Дочь отдал Александру Медичису,
                    И сильный силой царственного тестя
                    Законы нагло начал попирать
                    Безумный Александр - восстал Филипп
                    И с жалобой не дерзкой, но достойной
                    Свободного народа, к венценосцу
                    Прибег. Но Карл остался непреклонным -
                    Цари друг другу все сродни. Тогда
                    Филиппе Стродзи, видя, что народ
                    Молчит и терпит, и страшась привычки
                    Разврата рабства - худшего разврата, -
                    Рукою Лоренцина погубил
                    Надменного владыку. Но минула
                    Та славная, великая пора,
                    Когда цвели свободные народы
                    В Италии, божественной стране,
                    И не пугались мысли безначалья,
                    Как дети малолетные... Напрасно
                    Освободил Филипп родную землю -
                    Явился новый, грозный притеснитель,
                    Другой Козьма. Филипп собрал дружину,
                    Друзей нашел и преданных и смелых,
                    Но полководцем не был он искусным...
                    Надеялся на правоту, на доблесть
                    И верил обещаньям и словам
                    Не как ребенок легковерный - нет!"
                    Как человек, быть может, слишком честный...
                    Его разбили, взяли в плен. Октавий
                    Разбил же Брута некогда. Как муху
                    Паук, медлительно терзал Филиппа
                    Лукавый победитель. Вот однажды
                    Сидел несчастный после тяжкой пытки
                    Перед окном и радовался втайне:
                    Он выдержал неслыханные муки
                    И никого не выдал палачам.
                    Сквозь черную решетку падал ровный
                    Широкий луч на бледное лицо,
                    На рубище кровавое, на раны
                    Страдальца. Слышался вдали беспечный,
                    Веселый говор праздного народа...
                    В окошко мухи быстро залетали,
                    И с вышины томительно далекой
                    Прозрачной, светлой веяло весной.
                    С усильем поднял голову Филиппо:
                    И вспомнил он любимую жену,
                    Детей-сироток - собственное детство...
                    И молодость, и первые желанья,
                    И первые полезные дела,
                    И всю простую, праведную жизнь
                    Свою тогда припомнил он. И вот
                    Куда попал он, наконец! Надеждам
                    Напрасным он не предавался... Казнь,
                    Мучительная казнь его ждала... Сомненье
                    Невыразимо горькое внезапно
                    Наполнило возвышенную душу
                    Филиппа; сердце в нем отяжелело,
                    И выступили слезы па глаза.
                    Молиться захотел он, возмутилось
                    В нем чувство справедливости... безмолвно
                    Израненные, скованные руки
                    Он поднял, показал их молча небу,
                    И без негодованья, с бесконечной
                    Печалью произнес он: где же правда?
                    И ропотом угрюмым отозвался
                    Филиппу низкий свод его тюрьмы...
                    Но долго бы пришлось еще терзаться
                    Филиппу, если б старый, честный сторож,
                    Достойный понимать его величье,
                    Однажды, после выхода судьи,
                    Не положил бы молча на пороге
                    Кинжала... Понял сторожа Филипп, -
                    И так же молча, медленным поклоном
                    Благодарил заботливого друга.
                    Но прежде чем себе нанес он рану
                    Смертельную, на каменной стене
                    Кинжалом стих латинской эпопеи
                    Он начертал: "Когда-нибудь восстанет
                    Из праха нашего желанный мститель!"
                    Последняя, напрасная надежда!
                    Филиппов сын погиб в земле чужой -
                    На службе короля чужого; внук
                   Филиппа заживо был кинут в море,
                    И род его пресекся, Медичисы
                    Владели долго родиной Филиппа,
                    Охотно покорялись им потомки
                    Филипповых сограждан и друзей...                  

                   О наша матерь - вечная земля!
                   Ты поглощаешь так же равнодушно
                   И пот, и слезы, кровь детей твоих,
                   Пролитую за праведное дело,
                   Как утренние капельки росы!
                   И ты, живой, подвижный, звучный воздух,
                   Ты так же переносишь равнодушно
                   Последний вздох, последние молитвы,
                   Последние предсмертные проклятья,
                   Как песенку пастушки молодой...
                   А ты, неблагодарная толпа,
                   Ты забываешь так же беззаботно
                   Людей, погибших честно за тебя,
                   Как позабудут и твои потомки
                   Твои немые, тяжкие страданья,
                   Твои нетерпеливые волненья
                   И все победы громкие твои!
                   Блажен же тот, кому судьба смеется!
                   Блажен, кто счастлив, силен и не прав!!!                  

                   Дверь отворилась... и вошел Козьма...

 В качестве небольшого примечания отметим, что после провозглашения Козимо Медичи герцогом Флоренции (в 1537 г.) Филиппо Строцци уехал в Болонью, где встал во главе отрядов оппозиции. В августе 1538 г. он был побежден и захвачен в плен. Не вынеся пыток, Ф. Строцци покончил с собой 18 сентября 1538 г. в тюрьме флорентийской цитадели.

Старший сын Филиппо - Пьеро Строцци (ок. 1510—1558) - маршал Франции, который служил французскому королю Франциску I и тщетно пытался возвратиться во Флоренцию, был убит выстрелом из аркебузы при осаде Тионвиля в 1558 г.

Внук Ф.Строцци - генерал Филиппо Строцци (1541-1582), находившийся на французской службе, в 1582 г. во главе флота отправился на помощь дон Антонио из Крату, претендовавшему на престол короля Португалии, и в морской битве у Азорских островов был пленен испанским адмиралом Санта-Крус, который приказал бросить его в море. (Правда, по некоторым источникам Ф. Строцци, тяжело раненный в сражении, был уже мертв, когда его принесли к испанскому адмиралу.)

Ну а о Леоне Строцци мы подробно  поговорим в следующий раз.



Tags: Леон Строцци, Строцци, Тургенев
Subscribe

  • Хопер-2017

    Вернулся с внучкой в хмурую Москву после некоторого времени, проведенного на берегу Хопра, в славном городе Борисоглебске. Еще раз приношу…

  • Оттенки лета

    Воспоминания о прошедшем лете торопят дни: скорее бы новое лето. Со всеми оттенками красок и ощущений. Чтобы снова со спинингом на славную речку…

  • Борисоглебск-2014

    По щучьему веленью... Вот и летние дни убавляются. Где же лета лучи золотые? А.Фет Вернулись в Москву. Последней пойманной в Хопре рыбой…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments

  • Хопер-2017

    Вернулся с внучкой в хмурую Москву после некоторого времени, проведенного на берегу Хопра, в славном городе Борисоглебске. Еще раз приношу…

  • Оттенки лета

    Воспоминания о прошедшем лете торопят дни: скорее бы новое лето. Со всеми оттенками красок и ощущений. Чтобы снова со спинингом на славную речку…

  • Борисоглебск-2014

    По щучьему веленью... Вот и летние дни убавляются. Где же лета лучи золотые? А.Фет Вернулись в Москву. Последней пойманной в Хопре рыбой…