Исправим же этот промах, ошибку эту исправим И низким, земным поклоном писаря поблагодарим! Б. А. Слуцкий. Писаря
В прошлый раз мы показали, к каким казусам может приводить несвоевременное внесение корректировки в словари. Но не только нерадивые издатели виноваты в тех нелепостях, которые порой проникают в нашу литературу, освещающую вопросы военно-морской истории. Иногда и сами уважаемые авторы вовлекают читателя в пучину заблуждений и ошибок. Допустив вольно или невольно ошибку в изложении того или иного факта, авторитетный автор порождает шлейф таких ошибок у своих последователей и эпигонов. И вот уже ошибочное утверждение становится господствующим, широко распространенным, стандартным. Приведем несколько примеров.
Всем известен авторитет словаря Уильяма Смита Dictionary of Greek and Roman Antiquities, впервые увидевшего свет в 1842 году. В третьем и последнем его издании (в двух томах, 1890-1891) находится рисунок с изображением старинных якорей:
Итак, мы выяснили, что становление термина, который мы считаем прародителем нашего корабля, прошло несколько этапов. Сначала это было название сплетенных из ивняка и обтянутых шкурами небольших судов, которые в латинском языке назывались carabus, затем – относительно крупных судов византийского флота κάραβος, и наконец, наступил период, когда не делали различия между латинским и греческим терминами, определяя ими в основном корабельные плавсредства и небольшие автономные суда. Впрочем, имеются свидетельства, относящиеся к последнему этапу, что карабус – это не только корабельная шлюпка, но и довольно крупный корабль. В частности, carabus имел, видимо, определенное значение при проведении морских операций. Косвенно о значении этих судов можно судить по записи анонимного историка из Иерусалима, на которого ссылаются Дюканж и О.Жаль:
« Anno 112З. Carabos insuper quamplurimos et naves onerarias.»
«1123 г. Carabos сверх всего и грузовые суда».
Попытаемся еще раз рассмотреть возможную связь латинского термина с арабскими предшественниками и проследить дальнейшую судьбу этих терминов в западноевропейских языках.
Неужели и слово «корабль» имеет арабское происхождение?
Печальные обстоятельства прервали на некоторое время мои выходы с новыми «номерами», но сейчас, думаю, постепенно вернусь к прежнему ритму.
Итак, мы остановились на рассмотрении возможного влияния арабского языка на формирование морской лексики европейских стран в период Средневековья.
Самым общим родовым понятием для корабля, судна у арабов доисламской эпохи были (и остаются по сей день) safīna, qārib и markab. (Dionisius A. Agius, Classic Ships of IslamBrill, Leiden - Boston,2008).